Внимание к настоящему
Терапия происходит здесь. Не в прошлом, не в планах — в том, что вы сейчас чувствуете, как дышите, что говорите и как молчите. Это и есть материал.
Помогаю отдельным людям и парам замечать то, что ускользает от внимания, и возвращать себе авторство собственной жизни.
Работаю с тем, что происходит прямо сейчас — но остаётся невидимым: с привычными реакциями, невысказанными обидами, с тем, как вы держите паузу.
Гештальт помогает завершить то, что застряло — незакрытые диалоги с родителями, партнёрами, с собой прежним. Они возвращаются тревогой, усталостью, повторяющимися сценариями.
Я не интерпретирую и не даю рецептов. Только честное внимание к тому, что происходит в теле, в голосе, между нами — из этого рождаются изменения.
Работаю с отдельными людьми, парами и семьями.
Я не учу вас жить. Я помогаю услышать то, что вы уже знаете, но пока не можете произнести вслух.
Эти принципы невидимы во время сессии — но именно они решают, будет ли контакт настоящим.
Терапия происходит здесь. Не в прошлом, не в планах — в том, что вы сейчас чувствуете, как дышите, что говорите и как молчите. Это и есть материал.
Осознанность — не цель, а способность. То, что вы заметили, перестаёт вами управлять. То, что названо вслух, теряет власть.
Ответственность — это не про вину. Это способность сказать: «Я выбираю это» или «Я больше не выбираю это». Возвращение авторства — медленная, важная работа.
Гештальт стремится к целостности. Незакрытые диалоги, прерванные чувства, несказанные слова — они возвращаются, пока не будут названы и отпущены.
Каждый формат — отдельная дверь. Заходите через ту, которая сейчас ближе. Со временем форматы могут меняться — это нормально.
Когда внутри что-то сдвинулось и нужно место, чтобы это назвать. Личные запросы, кризисы, возвращение к себе.
Когда застревают двое или трое. Работа с конфликтами, изменами, потерей контакта. Без советов и распределения правоты.
Когда кабинет недоступен, а запрос — настоящий. Работаю в защищённом видеопространстве. Из любой точки мира.
Не диагнозы — а живые ситуации, в которых нужна опора
Когда тело не отпускает, сон перестал восстанавливать, а внутри — ощущение, что вы постоянно на грани.
Измены, развод, потеря близости, бесконечные ссоры. Когда «поговорить» уже не помогает.
Смерть близкого, развод, вынужденная эмиграция, расставание с прежней жизнью. Работа с тем, что нельзя отменить.
Детские травмы, токсичные связи, сложности с отделением. Возвращение к тому, что влияет до сих пор.
Когда «всё нормально», но утро не радует. Поиск опоры, когда прежние ориентиры перестали работать.
Повторяющиеся истории, которые передаются поколениями. Возможность стать последним звеном в цепи.
Когда голос внутри говорит вещи, которые вы бы никогда не сказали близкому. Работа с тем, что спрятано глубже всего.
Конфликты с детьми-подростками, сложности с границами, выгорание от роли. Возвращение к себе внутри родительства.
Если вашего запроса нет в этом списке — это нормально. Чаще всего настоящий запрос проясняется только в разговоре. На первой встрече мы не «лечим» — мы смотрим, есть ли контакт и доверие.
Психолог — не тот, кто умеет красиво говорить о чувствах, а тот, кто годами учится выдерживать чужую боль, не отворачиваясь. Коротко о том, что за этим стоит.
Специальность «Специальная психология»
Четыре года университетской подготовки: психодиагностика, патопсихология, нейропсихология, основы психотерапии.
Первая ступень подготовки гештальт-терапевтов
Введение в гештальт-терапию/ Гештальт-консультирование; Контакт с собой и с другими.
Вторая ступень: четырёхлетняя программа подготовки гештальт-терапевтов
Базовая теоретическая и практическая подготовка в гештальт-подходе, клиническая супервизия, личная терапия.
Третья ступень: программа «Работа с парами и семьями»
Специализация по системной семейной терапии и парному консультированию.
Без этого гештальт-практика невозможна: еженедельная супервизия — это взгляд со стороны, без которого легко ослепнуть в своей работе.
Я сертифицированный специалист
Практика с 2021 года, более 5 лет успешной работы в области психологии, 200+ довольных клиентов.
Главное образование в гештальте происходит через собственный опыт в клиентском кресле и через десятки реальных встреч с живыми людьми.
Никакого заранее расписанного плана. Но есть предсказуемая структура — она помогает не тратить энергию на неизвестность.
Мы знакомимся, обсуждаем условия и формат нашей дальнейшей работы, а также стараемся понять, какая именно помощь будет для вас наиболее полезной.
Все встречи проходят конфиденциально.
→ После вы решаете, продолжать или нет. Это всегда ваш выбор.
Встречи раз в неделю в одно и то же время. Постепенно появляется язык, на котором мы можем говорить о чём угодно. Это и есть терапевтический контакт.
→ Длительность зависит от запроса — от 3 месяцев до нескольких лет.
Когда появляется внутреннее «достаточно» — мы это замечаем и честно обсуждаем. Завершение в гештальте — такой же важный процесс, как и сама работа.
→ Я рекомендую планировать 2–4 завершающие встречи.
Главное условие: регулярность. Терапия — не визит к врачу, а отношения. Как и любые отношения, она требует времени, внимания и вашего присутствия.
Я намеренно держу цены прозрачными. Терапия — долгая работа, важно понимать, во что вы вкладываетесь.
Оплата — переводом до встречи. Отмена менее чем за 24 часа оплачивается в полном объёме.
Отпуск помогает, когда есть силы восстанавливаться. Терапия нужна, когда вы замечаете, что отпуск «не берёт», когда одно и то же повторяется в разных отношениях, когда внутри пусто или, наоборот, слишком плотно — и непонятно, с чего начать. Если вы думаете об этом — это уже ответ.
Да, и часто это хорошее сочетание. Если вы принимаете препараты — продолжайте под наблюдением психиатра. Я не назначаю медикаменты, но готова сотрудничать с вашим врачом, если это будет полезно.
Нормально. Терапия иногда затрагивает болезненный материал — это часть процесса. Но это всегда в вашем темпе. Я слежу за тем, чтобы работа была посильной. Если что-то становится слишком — мы это обсуждаем и замедляемся.
В индивидуальной работе фокус — на вас. В парной — на том, что происходит между вами. Иногда нужно и то, и другое: сначала индивидуально разобраться с собственным запросом, потом работать в паре. Мы решим это вместе.
Это зависит от запроса. Острая ситуация иногда требует 8–12 встреч. Глубокая работа с детскими сценариями или отношениями — от полугода. Я не обещаю быстрых результатов, но обещаю честность: мы будем регулярно обсуждать, что меняется.
Да. Большая часть моей практики — онлайн. Я работаю с клиентами из разных городов и стран. Главное — стабильный интернет, тихое пространство и час, который принадлежит только вам.
Самый быстрый способ — написать в Telegram. Отвечаю лично, обычно в течение суток. Если удобнее позвонить или написать в WhatsApp — тоже работает.
«Иногда самое сложное в терапии — решиться написать. Если вы здесь, значит, первое решение уже принято».